Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

ДИВАННОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ГОРЯЧЕЙ ФИНКИ ПО ТРАНССИБУ

Роза Ликсом (Анни Юляваара)
Купе № 6 – М., Текст, серия «Первый ряд»
Премия «Финляндия» – что-то типа нашей Ленинской.
Без названия (1)
Не знаю как кому, а мне стало интересно, за что же финнов награждают высшими премиями? Тем более, первый ряд!

Сюжет простой, как у Радищева – путешествие финской девушки в 1980-е годы из одной столицы, советской, в другую, монгольскую. На поезде. В купе № 6 (как скоро выяснилось, в названии романа скрыт привет Антон Палычу) с ней едет русский мужчина, что поначалу навевало мысли о скрытом эротическом подтексте – да где там!..

В общем, дали отправление, и поезд тронулся в долгое путешествие среди тёмных лесов и разрушенных деревень.

Поезд Москва – Улан-Батор, впряжён в старенький, дышащий на ладан – по ходу дела это неоднократно подчёркивается – тепловоз (?), который и влечёт свою скорбную ношу множество тысяч километров. Поэтому на каждой крупной станции локомотив вынужденно «отдыхает» по нескольку дней – иначе не дотянет. Тот факт, что Транссиб к 1980-м годам был уже в основном электрифицирован, автору, полагаю, просто не было известно. Организация движения поездов также непонятна. На деле локомотивы на каждой узловой станции меняются, действуя только в пределах своего участка дистанции пути. К примеру, на полпути от Тюмени омский электровоз «подхватывает» состав, следующий на восток, и тащит его, минуя Омск, до узловой, что на полпути к Новосибирску. Там к составу прицепляют новосибирский уже локомотив, который транспортирует его дальше на восток, а омские машинисты «подхватывают» состав, двигающийся на запад, и с ним возвращаются восвояси. И стоит ли упоминать, что двум курсирующим в тех местах красавцам международным (Москва – Пекин и Москва – Улан-Батор) выделяются лучшие электровозы?

Дальше я столь подробно комментировать каждую отдельную деталь странной поездки финской путешественницы не стану, просто приведу ряд её высказываний, сами судите:

о сервисе в международном вагоне

- сигнал к отправлению поезда – звонок (вокзальный колокол?);
- Тюмень. «Стоянка два или три часа (поясняет проводник), то есть, сколько заблагорассудится»;
- в Новосибирске остановка вообще на несколько дней;
- и в Иркутске стоят два дня;
images (1)
- во время вынужденных и невынужденных остановок героиня протирает снаружи окно в купе от грязи и копоти, чтобы хоть что-то разглядеть;
- состояние туалета: удушливая вонь, комья газет, плавающие в растекающейся по полу моче. И – ни капли воды на протяжении всего пути (так что оправляться иностранка могла, только взгромоздившись с ногами на унитаз и держаться, судорожно уцепившись за трубы);
- не лучше и в крупных городах во время стоянок: «Девушка долго колотила в дверь 16-этажной гостиницы, прежде чем ей открыла заспанная седовласая женщина в домашних тапочках».

о голодухе в СССР

- для встречи Нового года героиня со своим русским возлюбленным сбор продуктов начали загодя, в ноябре. «По сухому морозу они добежали до «Елисеевского», но там ничего не было, даже баранок. Устремились к «Добрынинской». Там купили одеколон для Юрия, но не нашли ничего съестного. На автобусе проехали до Чистых прудов, отдали Юрию одеколон и взамен получили 6 куриных яиц»;
- потом они как-то исхитрились достать кур (живых);
- «Девушка вспомнила прошлую зиму. Война в Афганистане тогда набирала обороты, вместо производства продовольствия советское государство сосредоточилось на производстве оружия, и она не нашла на полках московских гастрономов ничего кроме сгущёнки, рыбных консервов и случайных баночек майонеза. У всех были тогда сплошные проблемы: дефицит зубной пасты, мыла, колбасы, масла, мяса, вечный дефицит туалетной бумаги и даже кукол»;
- отдельно – о том, что автора вообще не касалось: «Советская армия долго не может победить афганцев, потому что офицеры, вместо того, чтобы воевать, долбят друг друга в жопу».

о русских мужчинах…

- обладает гагаринской улыбкой;
- на завтрак пьёт водку, заедая луком;
- «Когда я болел, мать всегда поила меня водкой. Я с младенчества привык к её вкусу»;
- «Я, как и все наши, люблю водку. Если начну, то могу пить по семь бутылок в сутки. До дна»;
- «Я могу пить без особой причины, но я никогда не пью в одиночестве;
- ну, и, само собой, он махровый антисемит и вообще гомофоб в «сталинском» духе (вот его рассуждения об остяках в стоящем посреди Томска (?) остяцком чуме: «Из таких вот мы должны, приложив все усилия и не жалея средств, вылепить нормальных русских людей. Тут нужна сильная отцовская рука!»;
- при этом всегда щедро делится с попутчицей едой (она в ответ не даёт попутчику ничего – ни в гастрономическом, ни в сексуальном плане).

… и их отношении к русским женщинам

- «Бей бабу молотом – будет баба золотом»;
- «Интересно, все финки такие чёрствые и холодные, как ты? Русские шлюхи, потрахавшись, тут же начинают пердеть. Но я уверен, что ты не такая».

о нравах русских

- в районе озера Байкал незапланированная долгая стоянка – ликвидируют последствия крушения. Выясняется, что кому-то понадобился металл, и он оторвал от ж.д. полотна кусок рельса. Виновного уже нашли и расстреляли;
- стоянка в Перми: «В этом городе нет ничего, кроме пьяных солдат»;
- абсолютно на всех предприятиях общепита и продуктовых магазинах, куда направляются герои, висят таблички «Закрыто». Однако везде полно людей, везде герои получают что хотели – еду и выпивку;
- советские люди никуда, видимо, не ездили. Потому что все вокзалы на всём пути следования поезда «Москва – Улан-Батор» абсолютно пусты.

об Омске, что мне, как омичу, было особенно интересно

- поезд долго движется вдоль Иртыша, прежде чем вдали замаячил город (напомню, что поезд идёт с запада на восток, а Иртыш течёт с юга на север, то есть река и железная дорога строго перпендикулярны);
- Омск – нефтяники, вековая тайга, буровые вышки;
- упоминаются два связанных с городом имени – каторжник Достоевский и адмирал Колчак (вероятно, больше в путеводителе ни о ком не говорилось);
- в самом центре города, у руин (?) Тарских ворот, герои заходят в центральный универмаг, выглядящий как захудалое сельпо – покрытый клеёнкой прилавок, полупьяная кокетливая продавщица и злобная уборщица, размазывающая по полу грязную воду;
- погода отвратительная: «Я ненавижу май в Сибири. Ветер задувает с прогнивших мест, приносит жуткие вьюги».

о других странностях русской жизни

- по радио звучит только классическая музыка;
- везде висят репродукции почему-то исключительно картин И. Репина;
- День космонавтики празднуют 5 апреля (это же и день смерти И. Сталина);
- на базаре из-под полы продаются связки (?) гаечных ключей китайского производства;
- советские газеты забиты исключительно информацией о разного рода ЧП с гигантскими цифрами жертв;
- в тайге – кратер: сюда, поясняют героине, приземлялся НЛО. «Таких площадок много по всей Сибири, но больше всего на Колыме»;
- кое-где в глубинке сохранились довоенные МТС (машинно-тракторные станции).

и, напоследок, о монгольских приключениях на конечной остановке

- невзирая на буддистскую эстетику и философию, нравы здесь вполне современные: заранее проплаченный гид халтурит, отказываясь везти героиню к древним памятникам, ссылаясь на то, что территория та «закрытая», но намекает, что за отдельную плату…;
- гостей, пришедших в номер героини в центральном отеле Улан-Батора и засидевшихся на пару минут после 20.00, хватает КГБ, избивает и увозит в неизвестном направлении.

Ну вот, как-то так.
images
Первая мысль: автор просто феерическая дура, громоздящая одну нелепость на другую. Потом, когда в тексте мелькнули с придыханием произносимые имена финских путешественников, исследователей Сибири, многое прояснилось.

Чтоб стало ясно всем, поясняю: Пелси Сакари совершил экспедицию на Дальний Восток и Север (1917), по результатам которой был снят фильм «Путешествие по Арктике»; Густав Рамстедт совершил поездку в Калмыцкие степи (1904), а Кай Доннер в 1911—14 годах предпринял две экспедиции в Сибирь, где изучал самодийские народы. Старинушка! Вот откуда вокзальные колокола, дымящий и чуть живой паровоз, стоянки по нескольку дней на крупных станциях и прочее!

Отсюда вторая мысль: автор – ленивица-конъюнктурщица. Когда-то она несколько месяцев проучилась в Москве, а потому считает себя, видимо, глубоким знатоком «загадочной русской души». Уловив чутким носом витающий в воздухе тренд на поливание России… сами знаете чем, всполошилась, но поленилась даже прочесть что-нибудь о современном состоянии страны, ограничившись чтением своих доморощенных классиков. А и правда, что там, у этих русских, могло измениться всего за какой-то век?!. Стоит ли отрывать задницу от уютного финского дивана?

И с пьянством всё становится понятно. Во-первых, русские писатели сами об этом постоянно пишут. А во-вторых, всегда перед глазами пример соплеменников, специально приезжавших в Ленинград для того, чтобы напиться до бесчувствия. Здесь тоже не нужно никуда ходить.

Окончательную ясность внесли благодарности автора, размещённые, как и положено, в самом конце. Ну, благодарности Л.Н. Толстому, С. Есенину, М. Зощенко, В. Шаламову и В. Шукшину опустим, поскольку авторица наша их не знала и знать не могла, разве что по трудам (там насчёт пьянства было, да, надо признать).

А вот влияние других благодаримых ощущается на каждой странице. Е. Боннер, Вик. Ерофеев, Г. Вишневская, Надежда Мандельштам, Л. Петрушевская, Л. Улицкая, Н. Садур, Артём Троицкий и другие столь же «заклятые друзья» русского народа и придали роману столь незабываемый колорит.
Без названия
И, наконец, в связи с прочтением сего шедевра («Первый ряд»!) имею вопрос к тем, кто этот шедерв переводил и печатал в России (напомню, московское издательство «Текст»). К какой категории Они относят себя – к дуракам, ленивцам-конъюнктурщикам или к «друзьям народа»?